Автор Тема: Защита докторской диссертации Авиловым Р.С. 5 октября 2023 г.  (Прочитано 62209 раз)

Оффлайн Владимир Калинин

  • Global Moderator
  • Hero Member
  • *****
  • Сообщений: 8391


5 октября 2023 года во Владивостоке в Институте истории археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН состоялась защита докторской диссертации Романа Сергеевича Авилова «Русская армия на Дальнем Востоке в военной политике Российской империи (1865–1904 гг.)». Это важное событие, в том числе и для нашей неформальной владивостокской историко-фортификационной тусовки – в наших рядах, по косвенно связанной с нашими делами тематике защищена первая докторская.

Председательствовал на Совете Николай Николаевич Крадин – директор института и академик, доктор исторических наук, очень известный археолог и кочевниковед с широчайшим общеисторическим кругозором. Члены совета сделали перекличку и Секретарь диссовета зачитала объективку на соискателя 1987 года рождения, автора 104 научных публикаций, из которых 86 по теме диссертации, включая 25 статьей в рецензируемых журналах, 7 статей в журналах WoS и Scopus и пять монографий (четыре в соавторстве и одна полностью самостоятельная). Соискатель ритуально поприветствовал председателя, ученного секретаря диссовета и всех членов Совета, забыв от волнения про всех присутствующих, включая оппонентов, коллег по работе и гостей, среди которых был председатель ОИАК Алексей Михайлович Буяков, друзей и близких. А всего-то надо было добавить к приветствию – «всех присутствующих»! Впрочем, я никогда вообще не заморачиваюсь подобной ерундой и всегда свожу обращение к «Уважаемым коллегам», не занимаясь расшаркиваниями, по поводу которых я когда-то имел бурную дискуссию со своим начальством, причем стороны остались каждый при своем мнении. После этого соискатель начал представлять диссертацию.

По традициям, принятым у гуманитариев (я такое видел уже на Совете в ДВФУ), соискатель не делает научного доклада, а просто представляет работу. Чтобы он ни при каких обстоятельствах не смог нормально доложиться ему дают (на докторскую!) всего 15-20 минут. В нашем химическом и биохимическом совете все наоборот – соискатель делает научный доклад по теме диссертации и имеет для этого 40 минут по регламенту. Было интересно, как соискатель сумеет вывернуться из этой ситуации.

Соискатель свел к минимуму ритуальные заклинания про цели и задачи, степень изученности, объект и предмет исследования, методологию, историографию и источниковую базу, новизну, практическую значимость, а также структуру и объем работы, которые считаются обязательной частью представления диссертации, и сосредоточился на подробной расшифровке положений, выносимых на защиту, превратив их в развернутое заключение. В результате он смог уложиться в требуемые 20 минут, и если не изложить основы выполненной работы, то хотя бы вызвать сильный интерес к работе у членов диссертационного совета, которые стали задавать вопросы. Это безусловно спасло ситуацию.

Первым по традиции задал вопрос академик Виктор Лаврентьевич Ларин, историк-востоковед, заместитель председателя ДВО РАН. Он поинтересовался, почему соискатель употребляет термин русская армия, а не российская? Ответ был весьма убедительным. Во-первых, сказал соискатель, так красивее, а во-вторых – в то время сухопутные войска Империи назывались чаще всего как Русская императорская армия или просто русская армия. Вторым вопросом был вопрос о методах оценки внешних военных угроз тогда и ныне. Соискатель ответил, что параллели проводить сложно, поскольку анализ современных методов не является сферой компетенции автора, давая понять, что не уверен в правильности подробного обсуждения этого вопроса в нынешние времена. Что же касается методов более, чем 100-летней давности, то опыт скорее негативный. Так работать в области оценки угроз и военного планирования было нельзя.

Следующие вопросы задал профессор Анатолий Михайлович Кузнецов из ДВФУ. Он упомянул воспоминания генерала Игнатьева, где тот отмечал, что части, дислоцированные на Дальнем Востоке, находились по современной терминологии, в кадрированном составе и при их развертывании командный состав не имел опыта в управлении частями полного состава. Также он упомянул о том, что офицеры спивались и попросил соискателя прокомментировать эти утверждения. Соискатель отвечал весьма подробно. Он согласился с утверждениями и подтвердил, что не только офицеры развернутых старых частей иногда терялись в ходе выполнения боевых задач, но и полностью укомплектованные части, переброшенные из европейской части страны, требовали включения в их состав местных офицеров, хоть как-то знакомых с местными условиями. Он также отметил, что после Русско-японской войны социальные условия для войск и офицеров улучшили путем массового казарменного строительства.

Вопрос о качестве офицерского состава перед Русско-японской был продублирован Людмилой Ивановной Галлямовой. Соискатель развернуто ответил, что первоначально офицерский состав был слабый и была его острая нехватка, но офицеры в мирное время не только спивались, хотя это имело место, но и, потрясенные совершенно новыми для них условиями службы в Уссурийском крае, становились его неутомимыми исследователями, как например тот же Арсеньев. После Японо-китайской войны 1894–1895 гг. войска на Дальнем Востоке стали укомплектовывать лучшими офицерами и ситуацию постепенно исправили.

Был задан стандартный вопрос (доктор исторических наук Жанна Валерьяновна Петрунина) – какую крупную проблему решает диссертация? Ответ соискателя гласил, что работа раскрывает военную политику России в условиях Дальнего Востока, что ранее не было сделано исследователями.
Академик Ларин попросил кратко охарактеризовать суть военной политики России на Дальнем Востоке. Ответ был – Сугубо оборонная и догоняющая, во всяком случае до Русско-японской войны.

Доктор исторических наук Галина Анатольевна Ткачева задала вопрос, по каким направлениям выполнен анализ оборонительного характера военной политики и попросила указать «основные особенности» каждого из этапов. Соискатель перечислил: программы усиления войск, военное планирование, финансирование, военно-транспортная составляющая, снабжение и запасы и раскрыл подробности по разным периодам подготовки к войне с Японией. При попытке продолжить вопросы председательствующий попросил остановить дискуссию, поскольку она уже продолжается 45 минут.
Последний вопрос задал Сергей Александрович Васютин. Насколько я понял, ему не очень понравился термин «британские русофобы», которые проповедовали наличие у России планов военной экспансии на Дальнем Востоке, которых на самом деле не было. Он задал вопрос, а как же сами русские относились к англичанам. Ответ соискателя гласил – военные, особенно моряки, относились к англичанам с должным уважением, особенно к морякам, высоко ценя их профессиональные качества.

На этом вопросы были закончены, и Ученый секретарь зачитала заключение организации, в которой была выполнена работа, и заключение от ведущей организации – Иркутского государственного университета. Заключение было положительным, но в качестве замечаний было высказано, что историография, в основном, затрагивает смежные области исследования и ее мало, а соискатель иногда слишком категоричен в выводах и заключениях. Были высказаны претензии к употреблению старой орфографии («росписание войск»), а также почему упомянутая автором английская книга о русской армии является лучшим изданием в этой области.

Далее Ученый секретарь зачитала отзывы на автореферат в количестве 18 штук. Особый интерес представлял перечень организаций, в которых работали их авторы – Институт военной истории Военной Академии генерального штаба ВС РФ, Посольство РФ в Италии, Институт востоковедения РАН, Российский государственный военно-исторический архив, Санкт-Петербургский государственный университет, Гродненский государственный университет им. Янка Купалы (Республика Беларусь) и т.д. Отзывы носили преимущественно комплиментарный характер, хотя в восьми из них содержались замечания. Соискатель выразил признательность ведущей организации и авторам отзывов за то, что они внимательно ознакомились «со столь солидным трудом», что вызвало веселое оживление в зале. Соискатель имел ввиду только объем работы, а не пытался расхваливать собственную диссертацию, но многозначность значений ряда слов в русском языке, не всегда понятная из контекста, сыграла с ним злую шутку. Но все, естественно, все поняли правильно, тем более, что профессор Васютин, мужчина огромного роста и могучего телосложения, поднял диссертацию соискателя высоко над головой, произнеся: «Вот!». Относительно английской книги автор ответил, что речь идет о том, что она лучшая среди зарубежных изданий, чем снял вопрос, а касательно использования старой орфографии в специальных терминах, он сказал, что таковая используется в архивных документах, а что до историографии, то ее просто недостаточно из-за слабой изученности темы. Касательно большинства замечаний было сказано, что соискатель старался не уходить в смежные вопросы, поскольку в таком случае потребовалось бы по каждому из них писать отдельную диссертацию. Но обещал учесть замечания в будущем. С большинством замечаний, носивших редакционный характер, соискатель согласился.

Далее выступили оппоненты. Первым был доктор исторических наук Руслан Григорьевич Гагкуев, ведущий научный сотрудник Центра военной истории Института российской истории РАН, г. Москва. Оппонент также является председателем Правления Русского исторического общества и исполнительный директор Фонда «История Отечества». Он автор многих работ по истории Гражданской войны и Белого движения, истории русской армии конца XIX–начала XX веков, истории Первой мировой войны и русского зарубежья. Оппонент является признанным экспертом в области военной истории, и его мнение о работе было очень важным. В своем выступлении оппонент дал высокую оценку рецензируемой работе и подробнейшим образом проанализировал содержание каждой главы, то есть сделал то, чего по регламенту не дали сделать самому соискателю, и это было очень полезно для оценки диссертации. В замечаниях оппонент высказал недоумение о характере ограничений, которые мешали работать исследователям по теме, отметил, что автор в рассуждениях о военно-окружной реформе использовали данные преимущественно только по Дальневосточному театру военных действий, и что документы по внешней политике, в частности из Архива внешней политики Российской империи, за исключением материалов из Российского военно-исторического архива, использованы мало и признал желательным привлечение документов иностранных военных дипломатов и агентов, в частности из французского архива обороны. Соискатель разъяснил, что ограничения были связаны с секретностью многих документов, которые рассекретили относительно недавно. Отвлекаться на другие театры и подробней рассмотреть вопросы внешней политики ему помешали рамки диссертационного исследования, которое и так оказалось очень объемным. Но он пообещал использовать рекомендации оппонента в дальнейшей работе, причем со всеми редакционными замечаниями согласился.

Вторым оппонентом был Павел Александрович Новиков, доктор исторических наук, заведующий кафедрой Истории и философии Иркутского национального исследовательского технического университета. Нам он известен прежде всего исследованиями истории сибирских стрелковых войск Иркутского военного округа. Он также сделал подробный анализ и несколько замечаний редакционного характера. Наиболее интересной была его оценка использования соискателем литературы, изданной в советское время, которому удалось, по мнению оппонента, преодолеть «классовый подход» и «партийность» и извлечь из них полезную информацию.

Отзыв третьего оппонента доктора исторических наук Алексея Владимировича Олейникова профессора Кафедры истории России Астраханского государственного университета зачитали с минимальными сокращениями. Сам оппонент не смог организовать видеоконференцию из Астрахани по техническим причинам.

В объявленной дискуссии выступили члены диссертационного совета. Дмитрий Витальевич Лихарев отметил достойное выступление исследователя уровня доктора наук. Он согласился с использованием термина «русская армия», поскольку описание событий прошлого желательно выполнять в терминологии прошлого. Анатолий Михайлович Кузнецов отметил, что не приходится напрягаться, слушая докладчика. Он согласился с особой ролью армии на Дальнем Востоке, отмеченной докладчиком, и заявил, что последний мастерски владеет глаголом. Светлана Михайловна Дударёнок отметила наличие восемнадцати отзывов на автореферат, которые она из любопытства целиком прочитала до защиты, и признала защиту достойной. Академик Виктор Лаврентьевич Ларин отметил фундаментальность работы в плане описания фактов, высокий уровень самостоятельного анализа этого фактического материала и признал высокую актуальность работы, поскольку в жизни страны имеется традиция наступать на грабли. Людмила Ивановна Галлямова отметила, что предварительное обсуждение работы в коллективе шло непросто, были определенные противоречия, но сейчас все нормально и получилась достойная работа. Она особо отметила увлеченность соискателя своей работой. Выступивший последним Сергей Александрович Васютин отметил некоторую категоричность выводов исследователя. Он признал некорректным сравнение Дальневосточного театра только с одним Варшавским военным округом, забыв, что этот округ составлял отдельный Передовой театр военных действий, где было сосредоточено 40% сухопутных войск Империи. Он сравнил данные по Варшавскому военному округу и Дальнему Востоку по приложению 5 и нашел, что на финансирование войск на Дальнем Востоке увеличилось в три раза, а в Варшавском округе только на 30 процентов. Это утверждение вызвало нервную реакцию председательствовавшего, поинтересовавшегося, а не пробовал ли коллега сравнить протяженность границ Варшавского и Приамурского военных округов? Председательствующий даже предоставил слово соискателю для ответа на это замечание, в рамках предусмотренного регламентом заключительного слова, которое обычно используют только для благодарностей. Выступающий убедительно обосновал выбор округов для сравнения, а также привел пример использования порочной практики «коэффициентов защищенности», то есть отношения численности войск к численности населения. Хотя знавшие Дальний Восток специалисты отвергали эту методику, руководство Военного министерства использовало ее для оценки ситуации в округах. И только после Русско-японской войны от этой порочной практики отказались. Таким образом, соискатель свои выводы о недостатках в военном строительстве на Дальнем Востоке отстоял, хотя примирительно сказал, что категоричности постарается избегать. Председательствующий предложил выступить не членам совета, но желающих и, в частности, меня, не нашлось – все было и так более, чем ясно. После перерыва на голосование объявили их итоги – голосование было единогласным. После этого соискателю предоставили последнее слово, в котором он поблагодарил всех, помогавших ему в написании и защите диссертации. После принятия заключения диссертационного совета все поздравили соискателя с успешной защитой.

На заседании помимо членов Совета присутствовало довольно много народу – коллеги по работе, друзья и близкие соискателя. Пришел поддержать защиту председатель ОИАК Алексей Михайлович Буяков, бывшая заместитель директора Российского государственного исторического архива Дальнего Востока Наталья Анатольевна Троицкая (руководитель кандидатской диссертации соискателя), и даже неизвестный человек с улицы военно-спортивного вида, коротко стриженный и загорелый. От «фортечной тусовки» (помимо соискателя) присутствовали Ольга Васильевна Дьякова (доктор исторических наук, член Совета и специалист в области средневековой фортификации Приморья), Денис Николаевич Никифоров, автор работ по истории мобилизационной фортификации Дальнего Востока времен Второй мировой войны, и я сам. Свою роль я видел в подстраховке соискателя на случай, если будет кем-либо оспорен факт его значимого участия в нашем совместном четырехтомнике «Владивостокская крепость», но, поскольку этого не случилось, то я не выступал, чтобы не затягивать процесс защиты. Председательствующий сделал мне в кулуарах по этому поводу замечание, и я исправил ситуацию высказавшись на кофе-брейке о работе самого диссертационного совета в процессе этой защиты, оценив ее как весьма качественную и пожелал Совету благополучия. Академик Ларин сказал по этому поводу, что это очень правильные слова.

Кроме того, соискатель попросил нас обеспечить резервную видеозапись защиты, что и было нами исполнено, хоть и не без приключений. Дело в том, что фотоаппарат с функцией видеосъемки периодически отключал запись, следуя какой-то японской хитрой программе, которую не удалось отключить. Однако, Денис попросил меня добыть хороший телефон и сам притащил палку для селфи. Телефон закрепили на палке, приставили его к стене и включили видеозапись, которую прерывали в ручном режиме только на перерыв. Телефон работал в режиме полета, то есть экономил энергию и заблокировался от внешних воздействий. В результате получилась вполне приличная запись, пригодная для использования в любых официальных целях. После ее окончания заряд батареи составлял 64%, то есть емкости аккумулятора хватило с избытком. Телефон китайский, полученный по серому импорту, других сейчас почти нет, марка Techno Go 2023. Вполне себе рекомендую.

В ходе защиты я сидел напротив Галины Анатольевны Ткачевой и Ангелины Сергеевны Ващук. Лицо Ангелины Сергеевны мне кого-то очень напоминало и тут до меня дошло – фамилия внучки генерала Свиньина – одного из строителей Владивостокской крепости – Искры Игоревны Свиньиной, по мужу Ващук. И, соответственно, передо мной, возможно, сидит ее дочь, то есть уже правнучка генерала. Гены Свиньиных очень сильные и ее «порода» чувствовалась очень заметно, она и правда очень похожа на своего далекого предка.

Защита должна быть еще утверждена в ВАКе, после чего соискателю и присудят искомую степень, но пока его можно уверенно поздравить с блестящей защитой.


« Последнее редактирование: 08 Октября 2023, 17:11 от Владимир Калинин »


Оффлайн Владимир Калинин

  • Global Moderator
  • Hero Member
  • *****
  • Сообщений: 8391
Кадр из видеозаписи с телефона:


Оффлайн Любитель

  • Брест - Под вопросом?
  • Hero Member
  • *
  • Сообщений: 984
Кадр из видеозаписи с телефона:



  Судя по фото, происходящее на мониторе интересует только соискателя, Лихарева, неизвестную женщину в очках на переднем плане и Дениса Никифорова) Грустно видеть как постарел Дмитрий Витальевич. Кстати, "женщина в очках на переднем плане" выглядит знакомой, но не могу вспомнить. Кто она?

Оффлайн Владимир Калинин

  • Global Moderator
  • Hero Member
  • *****
  • Сообщений: 8391
А на экране почти ничего интересного и не происходит. Стадия ритуальных заклинаний, потом все проснулись. Там просто шпаргалка для соискателя. Ссылки починил, работают. Женщина в очках на переднем плане - Жанна Валерьяновна Петрунина. Дмитрия Витальевича я даже не узнал сперва.

« Последнее редактирование: 03 Апреля 2024, 17:58 от Владимир Калинин »

Оффлайн Владимир Калинин

  • Global Moderator
  • Hero Member
  • *****
  • Сообщений: 8391
Приказом от 1 апреля 2024 года ВАК утвердил присуждение Роману Сергеевичу Авилову  ученой степени доктора исторических наук и принял решение о выдаче ему диплома установленного образца. Теперь осталось еще дождаться диплома, но титуловать Романа Сергеевича доктором наук уже можно. Искренние ему поздравления.

Замечу, что это заслуга не только Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока СССР и семьи соискателя, но также  нашего Общества изучения Амурского края в лице Военно-исторического клуба "Владивостокская крепость". Воспитали в своих рядах целого доктора исторических наук.

https://vak.minobrnauki.gov.ru/uploader/loader?type=14&name=92837446002&f=22631
« Последнее редактирование: 03 Апреля 2024, 19:02 от Владимир Калинин »