Автор Тема: Де-Кастринский УР. История, Личности, Фортификация.  (Прочитано 49201 раз)

Онлайн Владимир Калинин

  • Global Moderator
  • Hero Member
  • *****
  • Сообщений: 8010
Изучение оттенков вкуса разных сортов дерьма занятие малопочтенное, пахнущее откровенным предательством по отношению к памяти загубленных людоедом, в том числе и Ваших родственников. На данном форуме этого не будет. Считайте и это мягким (пока) модераторским предупреждением.

Оффлайн Олег Романовский

  • Брест - Под вопросом?
  • Hero Member
  • *
  • Сообщений: 1066
Уф как страшно, вы и так растеряли всех, радуйтесь, что я иногда вас шевелю, а в изучении оттенков вы дока...
А не интересовались сколько политдонесений написал ваш предок - комиссар? Поинтересуйтесь вам будет очень интересно особенно в определении оттенков.

Онлайн Владимир Калинин

  • Global Moderator
  • Hero Member
  • *****
  • Сообщений: 8010
Сколько было положено, столько и написали (их у меня, кстати, двое было среди  предков, плохо копаете). Однако подличать на своих должностях, они не подличали, а старались приносить максимальную пользу службе. А с оттенками у них все было в порядке.

Мой дед по матери, старший батальонный комиссар Никандр Михайлович Соколов, преподаватель философии Военно-политической академии им. Толмачева был в 1937 г. изгнан из рядов КА и из партии за антиколхозные разговоры, которые действительно имели место после его поездки в родную сибирскую деревню в 1932 г. Он оценивал преступления большевизма против крестьян вполне адекватно, так как сам был крестьянином. Он уцелел только потому, что доносчиков в академии не было, в толмачевке было не принято доносить. И органы, имея на руках только один "сигнал", не смогли сфабриковать серьезное обвинение. Он жил, ежеминутно ожидая ареста, а чтобы прокормиться - пошел работать в школу учителем истории. Так и ходил на уроки в гимнастерке с ободранными шпалами. Таких "ободранных" тогда ходило много, и на него никто не обращал особого внимания, учитель он был классный. В 1939 г. его восстановили в партии, ограничившись выговором, и он стал преподавать свою любимую философию в Ленинградском государственном университете им. Жданова. В 1941 г. вместе с другими преподавателями он пошел на фронт в Народное ополчение, однако, когда выяснилось, что он бывший кадровый политработник, то его направили в Политотдел 23-й армии инструктором, где он и голодал наравне со всеми, поскольку армию снабжали по нормам тыловых частей. При переаттестации он получил майора, в каковом звании и демобилизовался в 1945 г. Его пытались направить на партработу на крупную должность в ЦК Карело-Финской ССР, но он взмолился  - помилосердствуйте, куда мне в аппарат с моим 1937 годом. Товарищи поняли и направили его на преподавательскую работу, и до самых преклонных лет он преподавал философию и научный атеизм в Горном институте в Ленинграде. А этот ЦК был расстрелян почти в полном составе по "Ленинградскому делу". В 1946 г. он защитил кандидатскую по истории, в качестве темы взял боевые действия 23-й армии на Карельском перешейке. С детства он был очень музыкален и пел в церковном хоре. Будучи умным и наблюдательным он знал все церковные службы наизусть и при нужде мог бы заменить собой любое духовное лицо на любой службе. И преподавая "научный атеизм" он рассказывал студентам о невероятной красоте православного обряда, обо всех подробностях службы, о Библии и фактически нес им Слово Божье. Он не дожил до краха Советской власти, но я уверен, что он бы по коммунизму, как умный человек с большим жизненным опытом и аналитическим складом ума, не плакал. Мне нечего стыдится за этого предка-комиссара. Зла на земле он за собой не оставил.

Мой отец Калинин Иван Иванович стал кадровым политработником уже в зрелом возрасте. Он служил по призыву в береговых частях Северного флота под Мурманском, а после войны, желая учиться. но отвыкнув от гражданской жизни, поступил в Ленинградское военно-морское политучилище им. Жданова. Он служил на тральщиках, выполнявших боевое траление в Рижском заливе, а потом (у него был предельный возраст) все же поступил на Морской факультет Военно-политической академии им. Ленина, где чуть не погиб, стоя в оцеплении на похоронах любезного Вашему сердцу, Олег Вильгеньевич, Усатого Людоеда.  Потом служил на ТОФе, был замполитом на эсминце "Вызывающий", где пользовался огромным авторитетом, как человек болеющий за службу и интересы людей. Фактически спас команду во время купания, когда ее понесло течением в море. Просто организовал это купание как положено по уставам и имел на ходу катер с заведенным двигателем. Лично наблюдал за всем и первым заметил несчастье. Людей собирали больше часа, но собрали всех. Такие вещи люди не забывают. Никакими гадостями не занимался, а к коммунизму относился сдержанно, хотя в него верил. Во время учебы в Академии ставил сложные вопросы преподавателям (например, почему при социализме реально нет более высокой производительности труда, которая является одним из основных критериев общественного прогресса) и т. д., на которые не получал ответа. Он демобилизовался по хрущевскому сокращению в звании капитана 3-го ранга, причем совершенно добровольно, поскольку стремился к преподавательской работе, каковой и занимался в ныне покойном Дальневосточном государственном университете более 25 лет, получая лишь часть военной пенсии (тогда были ограничения). Он преподавал историю КПСС студентам Юрфака, строго придерживаясь сталинской концепции "Краткого курса", в котором ложь была доведена до высшей стадии совершенства, каковую утратили последующие учебники. Отец имел не слишком глубокий, но очень хорошо организованный ум, мог докопаться, разбирая ее шаг за шагом, до любой истины. Эта катехизисная методика (заимствованная из Краткого курса) очень нравилась будущим юристам. И до сих пор его бывшие студенты, работающие в правоохранительных органах, говорят, что вне зависимости от содержания того, что преподавал мой отец, им нравился его метод мышления и доказательств, который они перенимали для себя. Отец весьма критически относился к реалиям хрущевского и брежневского СССР, возмущался безхозяйственностью, неэффективностью, демагогией. Однако считал это переходящими мелкими проблемами, при правильности общего курса. Когда СССР рухнул, отец был уже на пенсии. Меня удивило как он и большинство его сослуживцев-комиссаров восприняли крах коммунизма. Старики восприняли его как должное, ибо многое видели, очень многое знали и умели (в отличие от Вас, милейший Олег Вильгеньевич) делать выводы. Отец был вне всех псевдо-ветеранских организаций. Когда к нему обратились функционеры КПРФ с требованием поагитировать "за коммунизм", то он ответил, что уже не мальчик, чтобы ему указывали с какими флажками бегать по улице и приложил их таким крепким русским словом, что что они навсегда забыли к нему дорогу. Он сохранил общение только со старыми друзьями по службе и с коллегами по университету, а с патриотической казенщиной не имел дела, чувствуя ее фальшь. Так что мне не за что стыдится своих предков. Это были люди своего времени, жили в других реалиях, но зла окружающим они не несли, хотя их должности и род их занятий это вполне позволяли. Главное, что мои предки-комиссары не были идиотами-рабами ложных догм.

Но это лирическое отступление, Вы снова отклоняетесь от тематики Форума, и я таки делаю Вам замечание, как модератор. При рецедивах буду Ваши сообщения, не имеющие отношения к делу, убирать.
« Последнее редактирование: 07 Апрель 2019, 15:04 by Владимир Калинин »

вилли

  • Гость
Сообщение убрано, как несоответствующее тематике форума. Автор забанен. Модератор Оправдания сталинских преступлений я здесь не допущу. Модератор
« Последнее редактирование: 20 Апрель 2019, 01:33 by Владимир Калинин »

Оффлайн Олег Романовский

  • Брест - Под вопросом?
  • Hero Member
  • *
  • Сообщений: 1066
Ув Владимир Иванович вы пишете: "Мой дед по матери, старший батальонный комиссар Никандр Михайлович Соколов, преподаватель философии Военно-политической академии им. Толмачева был в 1937 г. изгнан из рядов КА и из партии за антиколхозные разговоры, которые действительно имели место после его поездки в родную сибирскую деревню в 1932 г. ", что не соответствует действительности.
В своих "воспоминаниях" полковой комиссар Руднев С.В., которые он писал в приемной НКВД в Хабаровске упоминает вашего деда, как участника так называемой белорусско-толмачевской оппозиции. Семен Васильевич учился в этой академии как раз во время преподавания, там вашего деда. Чем занималась эта оппозиция я вам рассказывать не буду - сами разберетесь.
Семейные предания это хорошо - реальность более суровая.
Не инструктор, а лектор ПО, не в 37 изгнан, а уволен в 1939, см. http://podvignaroda.ru/filter/filterimage?path=VS/228/033-0690155-1192%2b011-1191/00000056.jpg&id=30473813&id1=9426376813909ef044a821ec5c83e862
С уважением.
« Последнее редактирование: 19 Апрель 2019, 22:21 by Олег Романовский »

Онлайн Владимир Калинин

  • Global Moderator
  • Hero Member
  • *****
  • Сообщений: 8010
Что писал Семен Васильевич - оставим на его совести. Писатель был еще тот. Если всерьез относиться к тому, что писали в тогдашних доносах в НКВД, то будет весьма искаженная картина мира. А те, кто некритически воспринимает все там написанное - просто не  способны нормально анализировать источники и оценивать их достоверность. А то, что Академики отличались вольнодумством и там было не принято доносить друг на друга - это я знаю. Например, один из преподавателей имел библиотеку партийной литературы с собраниями сочинений Троцкого, Бухарина, стенограммами партийных съездов и т.д. И не донес никто. С 1937 года дед состоял под  следствием, а в 1939 году был официально уволен, но восстановлен в партии, что дало ему возможность преподавать университете.

Оффлайн Олег Романовский

  • Брест - Под вопросом?
  • Hero Member
  • *
  • Сообщений: 1066
С 1937 года дед состоял под  следствием, а в 1939 году был официально уволен, но восстановлен в партии, что дало ему возможность преподавать университете.
Умеете переобуваться на лету - уважаю...
Вы хотя бы найдите личное дело деда или листок по учету кадров и изучите биографию деда, это несложно. Или мне это сделать, я могу!
« Последнее редактирование: 20 Апрель 2019, 09:32 by Олег Романовский »

Оффлайн sezin

  • Брест - Под вопросом?
  • Hero Member
  • *
  • Сообщений: 2402
. Если всерьез относиться к тому, что писали в тогдашних доносах в НКВД, то будет весьма искаженная картина мира.
Это попросту невозможно. Ныне исследователям выдают отредактированные дела,где первооснову по большей части удалили, поэтому невозможно понять,с чего это НКВД заинтересовалось гражданином и почему оно решило,что он шпион или троцкист.
Иногда,впрочем, ссылка на исходник в деле остается,а его самого уже нет.
Практически сигнал имеется из виденных дел-хорошо,если в каждом десятом.

Онлайн Владимир Калинин

  • Global Moderator
  • Hero Member
  • *****
  • Сообщений: 8010
Зачем мне это? Более или менее точно канву я знаю про "ободранного" деда, который будучи отстраненным от службы бродил целыми днями с дочкой (моей мамой) по Ленинграду, чтобы не быть дома под угрозой ареста, как можно дольше. Это было именно лето 1937 года, что бы потом не писали задним числом в листках по учету кадров. Дед рассказывал моей матери все, что знал о домах, мостах, дворцах, храмах и улицах, вызвав у дочери интерес к истории города, в котором она жила и вообще к истории. Потом, когда мне было примерно столько же лет, как ей в 1937 году, она брала за руку меня, когда мы гостили у дела, и мы с ней также бродили по Ленинграду, и она сама рассказывала мне о его достопримечательностях. Именно это, наверное, вызвало интерес к истории уже и у меня. С осени 1937 года дед стал преподавать в школе, а с 1939 года, уже после официального увольнения из армии и частичной партийной реабилитации, преподавал философию в ЛГУ. В политику и Красную Армию дед влопался по малолетству и стечению обстоятельств. Будучи комсомольцем он чудом избежав расстрела колчаковцами, поскольку был освобожден из расстрельного сарая наступающей Красной Армией, в каковую и вступил политбойцом в возрасте 15 лет. Вся его война свелась к тому, что один раз он таки сходил в атаку и стрелял в белый свет, как в копеечку, а потом, уже в ходе преследования неприятеля он свалился с тифом в Новониколаевске. Пока он валялся в лазарете, его дивизия ушла штурмовать Перекоп, а он, слегка придя в себя, спасался тем, что побирался, поскольку в тифозном бараке почти не кормили и там бы он гарантированно погиб. Он был парнем грамотным, хоть и из крестьян, и потому, заходя в дома богатых обывателей, выдавал себя за интеллигентного колчаковского солдата, пострадавшего от большевиков. И люди несли несчастному "вольноопределяющемуся" что могли, чтобы поддержать его силы. Наверно дед был незаурядным актером, он лгал не краснея, но это была ложь во спасение. Когда его заносило в рабочие кварталы, он рассказывал правду, и ему тоже выносили какую-то еду. Такая вот у него была гражданская война.